В мои мысли вселяются ветры -
Одинокие духи дворов.
Нанизает мой сон километры,
Словно бисер, на нити дорог.

Хрупкий мир из стекла и тумана
Растворяет завесу ворот.
Жуткий мир, заколдованный, странный:
Здесь ход времени - наоборот,

Здесь реальное кажется зыбким,
Здесь под каждым кустом дремлет страх,
И лукавая чья-то улыбка
Притаилась в звенящих ветвях.

Сад мой шепчущий, дымчато-синий…
Где в пыльце серебристой трухи,
Как стеклянные апельсины
Созревают до срока стихи.
19.11.2000г.

Сорвались с цепи и завыли разом
Все краны, коты, шизофреники.
Взорвался баллон с веселящим газом -
Весна, и у всех обострение.
Хохочет Луна, надышавшись до одури,
Плюются с небес ошалелые звёзды.
Не спишь. Хоть на крышу влезай и ори!
Бомба в часах, а в подушке - гвозди,
И газ веселящий танцует внутри.
Ах! Разорвать бы вселенную серую
Замёрзших домов. И собрать все огни
В огромный костёр. - Как знамение первое,
Взошедшее зарево новой весны!
1.03.2000г.

Ха! Вы считаете, что меня нет,
Скользите по мне равнодушным взглядом,
А я существую - мой яростный свет
Пульсирует где-то совсем с вами рядом.

Эй вы! Посмотрите! Я здесь! Я хожу
среди вас, замерзая, как лёд в холодильнике.
Да, я не проснулась, но я завожу
Пружину на громком своём будильнике.

Взорвётся он в вашей прокисшей тиши,
В глуши ваших мыслей, в трясине желаний.
Смутит, разметает и разворотит
Разрушит дома ваши до основания!

Ха! Вы смеётесь, как я погляжу.
Ну смейтесь…Считайте - я вас недостойна,
Но, знаете…Я вам ещё покажу,
Не съем, так потявкаю, будьте спокойны.
март-август 2000г.

Стиль мой - грохот посуды бьющейся…
Вам ли ждать глубины и мудрости
От лохматой моей, смеющейся,
Лопоухой щенячьей юности?

Я пишу, словно путаюсь в лапах -
Неуверенно и неуклюже.
Но срываюсь, почувствовав запах,
И с восторженным лаем - по лужам!
5.3.2001г.

Зажмурившись, бросаюсь в кипяток
Прозрачно-стылой звездной зимней ночи.
Несусь сквозь обжигающий поток,
И - парусом подол ночной сорочки.

В глазах осколки, ноги ранит в кровь
Шершавый ком зазубренного снега.
Но, задыхаясь, не спешу под кров -
Поглощена стремительностью бега.

Все манит беговая полоса
Забыться, чтобы на последней грани,
Упав лицом в пустые небеса,
Лететь, лететь… растаять в утре раннем.

Ты прости. Что пишу - не знаю.
Для чего тебе этот бред?
Восхищение, разум сминая,
Против воли выходит на свет.

Ты прошёл. Просто скрылся в тумане -
Не окликнуть и не догнать.
Только с трепетом я поднимаю
Твой случайно оброненный взгляд.

Завершаю. Порывы иссякли.
Тихо сонные мысли шуршат.
Лишь трепещет слегка яркой каплей
На конце фитиля душа.
19.11.2000г.

Ворона с порванным крылом
Всё кружит с хрипом обречённым…
А в перьях - серое на чёрном -
Клок неба, как в стене пролом.

Трепещут струны проводов.
Спит подворотня кошкой драной.
Однажды зарастут все раны.
И далеко до холодов.

…А на асфальт - воронья кровь.
Боль никогда не знает меры.
От ветра - чёрное на сером -
Дрожит упавшее перо.
26-27.04.2001г.

Я - посреди серебряного зеркала
Облитой площади, закинув голову…
Я там, где чайка криком сон надрезала
И всколыхнула чашу с жидким оловом.

Я, выдыхая, умираю
И воскресаю с каждым вдохом.
Жизнь балансирует по краю.
Стук сердца - амплитуда тока.

В стекло - холодные ладони.
В ночь - непрерывным биотоком.
От вспышек крошечных агоний
Вибрируют мембраны окон.

В снах растопив вечерний трепет,
Врываюсь в бой дневного ритма.
Победный крик мой ветер треплет…
Я и дышу, должно быть, в рифму.

Ловлю дрожащими губами
Озон созвучных окончаний.
И стих закончив, погибаю,
Чтоб, как всегда, ожить в начале.

Я вечером одна. Июнь. Туман.
И за окном - визг чаек. Чай с жасмином.
А к чаю - только слёзы без причины
И жимолость… А ты, должно быть, пьян…

Как низко чайки - брюхом об траву!
Как, всё же, нелогичен женский пол:
Влюблённого Болконского - под стол,
И просто так, без повода реву.

Здесь чайки, чай и жимолость, а там -
Ты весел - ну конечно, по причине!
…А знаешь, вкус жеманного жасмина -
Плохое дополнение к слезам.
17.06.2001г.

Со стен свисают связками
Сушеные влюбленности.
Лежишь и бредишь сказками,
Плюешь в определенности.

Полвздоха до безумия -
Не дышишь от усталости.
Дожди непредсказуемы -
На стеклах слезы жалости.

Опоры ожидания
Дрожат от напряжения:
«Приду без опоздания» -
Глотаешь раздражение.

И рушатся конструкции…
Выводишь уравнением
Забытые инструкции:
Не лги себе,
Не верь ему.

Стонут тонущие тени.
Первых звёзд морозный хруст.
Синь окна сквозит смятеньем.
Вечер гулок, сух и пуст.

Солнце - горстью тёплой пыли.
Эхом - шёпот затхлых фраз.
Память дня - как привкус мыльный -
Стены плотных, потных масс.

Равнодушных взглядов яды -
Разный цвет, один итог…
Всё забыть и тихо падать
В ночь, как в лужу…
Как листок…
15.07.2001г.

Рассветная свежесть, глотнешь - оживешь.
Аллея, где ильмы - усталые лоси,
Склонившись, пьют прелый октябрьский дождь.
Причудливый запах - намокшая осень.

В лоснящихся складках - морщинах дорог -
Растрепанный свет непроснувшихся фар
Скрещение струй поджигает у ног.
И дымом взлетает оранжевый пар.

А утро, кряхтя, громоздится на трон,
Ворчит: «Что за дело?! Нельзя без зари!»
И под колыбельную мокрых ворон
На день закрывают глаза фонари.

Дерево
В клубах корней - тревоги гул:
Впитавшись нитями основ,
Как ток, бежит по волокну
Под кожей, по ветвям - озноб.

Утраты утренний дурман…
Сочится сквозь покров коры
Смолистый сок душевных ран,
Неощутимых до поры.

Как в первый раз проснуться врозь?
Проснуться деревом, любя,
Вдруг обнаружить: ствол мой врос
За семь галактик от тебя.

Энергию - в тугой комок.
Из боли собранной пустить
Упругую иглу - росток.
Я - дерево! Я - жизнь! Я - стих!

В шелковых полосах света неверного,
Под облаками - ладонями бледными
Чистая музыка снега вечернего
В душу твою опускается медленно.

Нежными хлопьями плавной мелодии
Белые ноты планируют на воду.
Звезды, как звуки небесной рапсодии,
Кружат и падают в темные гавани.

Ловишь созвучия тихо и радостно,
Мерно вдыхаешь ночное движение…
Тают снежинки в созвездиях Августа -
В море качаются их отражения.

Всхлипнув, хрустнет
Льдинка лужи.
Узел грусти
Туже в стужу.
Иней в горле
Горьким паром.
Краем горя -
Тротуаром.
Стынет топот,
Только точит
Четкой дробью
Многоточий…

Галина («тишина» по латыни)
Мое имя для всех - тишина.
Для избранных - омут с нежитью.
Для тебя - океан без дна
Неприкаянной жгучей нежности.
Для меня (иногда) - петля
Посреди одинокой комнаты.
Мое имя - для всех. А я -
Только в зеркале - в тихом омуте…